18 Сентября 2019

Война Трампа, объявленная им в Твиттере правописанию

Сторонники президента чувствуют себя комфортно, читая его лингвистические «ляпы», однако лексикографы и специалисты по грамматике беспокоятся об их необратимом воздействии на языковые нормы.

Нью-Йорк Таймс, 31 августа 2019 г.

Стоял конец мая, и президент Соединенных Штатов был, что называется, по уши в Твиттере. Низкий коэффициент умственного развития (IQ) Джо Байдена (Joe Biden). Идиотизм демократов. Стена! Ярлыки выстреливались им, словно неконтролируемые баллистические ракеты, в сторону как тех, кто поддерживает Дональда Трампа, так и тех, кто выступает против него.

Наблюдая за этим из штата Техас, Брайан А. Гарнер (Bryan A. Garner), автор книги «Словарь современного английского языка Гарнера» (Garner’s Modern English Usage), чувствовал, как повышается его кровяное давление. Но одна фраза в одном из президентских твитов по поводу сенатора Марка Уорнера (Mark Warner), демократа из штата Вирджиния, особенно заставила его буквально вскипеть от негодования — «их ничего двухпартийного в нем» (“their is nothing bipartisan about him”).

«Вы имели в виду: «В нем ничего от двухпартийности», — спросил Гарнер президента в своем ответном твите, — не «их», что является притяжательным падежом местоимения «они»? И разве 75 тысяч долларов в год —такая уж большая сумма за видимость грамотности президента?»

Когда нервы напряжены до предела по политическим вопросам, каждый из которых выглядит апокалиптическим — будь то изменения климата, иммиграция, насилие с применением оружия, межрасовые отношения, президентские высказывания (или их отсутствие) о бывшем президенте Обаме, — рассуждения о стиле письменной речи нынешнего хозяина Белого дома могут показаться ерундой.

Но для людей, которые заботятся о правильности английского языка, в том числе правильности его применения, постоянные нарушения даже базовых языковых правил президентом являются, безусловно, предметом серьезного беспокойства. Количество импульсивных твитов Трампа и сопутствующее им число ошибок выросли на волне роста количества вопросов, вызывающих его раздражение, начиная от отчета Мюллера (Mueller) и спикера Палаты представителей Нэнси Пелоси (Nancy Pelosi) и заканчивая вопросами иммиграции и президентских выборов 2020 года. В пятницу президент разразился раздражительным твитом с утомительным перечислением грехов Центрального банка, который, по выражению президента, оказался «подмятым под себя» ненадежными торговыми партнерами США. В субботнее утро он поздравил Шин Хэннити с титулом «самой главной туфли на кабельном телевидении» (впоследствии этот твит был откорректирован).

Может ли Трамп, спрашивают его критики, после нахождения в офисе около трех лет не только продолжать делать грубейшие языковые ошибки, но и специально не прилагать усилий для их исправления? И все это, не считая ипохондрического тона твитов, эмоциональных атак-пощечин, что называется, «прямо по лицу», непроизвольной «защитной стойки» и языка с плохо скрытым расистским душком. И почему в общении президента с миром так много грамматических и орфографических ошибок, странной пунктуации, мутной дикции и непонятного и случайного использования заглавных букв?

— Если вам небезразличны вопросы грамотности и правильного и аккуратного использования языка, президентские твиты должны сводить вас с ума, независимо от вашей политической принадлежности, — заявил в интервью м-р Гарнер, который по своему собственному признанию является аполитичным, но по убеждениям относит себя к либеральному крылу Республиканской партии.

Демократы надеются, что в 2020 году им удастся выбрать нового Главного по Твиттеру в стране, может быть, даже такого, который знает правописание. Однако стиль твитов Трампа не смущает его последователей, которые аплодируют его бунтарскому сопротивлению правилам. До сих пор ни одному из политиков не удавалось так хорошо демонстрировать свой подход к английской письменной речи, заключающейся в комбинации драчливого содержания и формы в стиле «Не нравится? — скатертью дорога».

— Он не применяет стандартное английское правописание в том виде, в котором применяем его мы, но он явно эффективный коммуникатор, и это действительно работает, — говорит Питер Соколовски (Peter Sokolowski), лексикограф и главный редактор словаря «Мерриэм-Уэбстер» (Merriam-Webster). — Отсутствие уважения к языковым нормам — это именно то, что нравится в нем его почитателям, и его риторика соответствует его личностным качествам.

М-р Трамп не первый президент, чья письменная речь вызывали насмешки и раздражение. Бывший президент Билл Клинтон заявлял, что у слова is («является») несколько значений.

Бывший вице-президент Дэн Куэйл (Dan Quayle) считал, что слово potato («картофель») имеет на конце букву e, и его не смущала надпись The Quayle’s [«семейство насекомых» — прим. Переводчика] на почтовом ящике его резиденции. А бывший президент Джордж У. Буш (George W. Bush) однажды непреднамеренно заявил: «Мы редко задаем себе вопрос: а учится ли наши дети?»

— У нас всегда были президенты, допускавшие ужасные словесные перлы, например, известный перл Джорджа У. Буша misunderestimate («ненедооценить»), — говорит лингвист, редактор и писатель Джонатон Оуэн (Jonathon Owen). В Трампе его наиболее раздражает «использование последним скобок для объяснения очевидных вещей», как, например, в одном из его твитов: «Я обожаю Белый дом — одно из наиболее прекрасных зданий (домов), которые я когда-либо видел».

— Но больше всего меня раздражает то, что большая часть ошибок Трампа носит намеренный характер, — добавляет м-р Оуэн в своем электронном письме.

И действительно, президент не только не выглядит смущенным, но, наоборот, гордится своими ошибками и даже верит в то, что они таковыми не являются. «Это делает его плохим примером для подражания, — говорит лексикограф и писатель Кори Стемпер (Kory Stamper). — После его победы на выборах, когда его письменная речь стала предметом особого внимания, поговаривали, что когда он займет Овальный кабинет, то исправится. Однако, как вы видите, некоторые элементы его письменной речи даже стали хуже, например, бездумное использование заглавных букв в неподходящих для этого словах».

В прошлогоднем отчете сказано, что члены президентской администрации иногда намеренно добавляют ошибки в твиты, которые они пишут для него, с тем чтобы они выглядели аутентично президентскими. Неясно, правда, какими критериями руководствуется Белый дом для решения вопроса о том, в какие твиты следует вносить ошибки. Например, кто-то «откорректировал» твит Трампа, исказив имя Джо Байдена (Joe Biden), а ошибку в слове counsel («адвокат»), сделанную Трампом, никто не поправил. Иногда слова с неправильной орфографией остаются в Твиттере навечно, например, Principal («принципал») вместо principle («принцип») или ничего не обозначающее слово Covfefe.

Лингвистическая философия м-ра Трампа напоминает подход Шалтая-Болтая (Humpty Dumpty), гигантского, несущего вздор яйца из сказки Льюиса Кэрролла «Алиса в Зазеркалье». Когда Алиса подвергает сомнению его утверждение (среди прочих), что термин «слава» означает «хороший спор на кулачках», Шалтай заявляет, что когда он использует слово, «оно означает именно то, что я имел в виду, — не больше и не меньше».

Президент также считает, что это он хозяин своего языка, а не наоборот.

— Написав много бестселлеров, что подтверждает мою способность писать, я должен отметить, что «Фейковые новости» постоянно рыщут среди моих твитов, выискивая в них ошибки, — написал он в одном из своих твитов в прошлом году, причем ему «успешно» удалось неправильно применить определение и сделать орфографическую ошибку в четырехбуквенном слове, и все это в одном предложении.

В отношении своей креативной «технологии» употребления заглавных букв он писал: «Я пишу некоторые слова с заглавной буквы лишь для того, чтобы сделать на них упор». «Это неправильное применение заглавных букв», — считает Мэри Норрис (Mary Norris) бывший выпускающий редактор журнала «Нью Йоркер» (New Yorker) и автор книги «Между нами: признания королевы запятой» (Between You & Me: Confessions of a Comma Queen). Главный источник ее раздражения, по признанию самой Норрис, — это то, как Трамп распорядился с одним из ее любимых приемов — изысканным гомеровским эпитетом «Быстроногий Ахилл», применив его для оскорбления таких своих врагов, как «жуликоватая Хиллари» и «лжец Тэд».

— Трамп думает, что ему все сойдет с рук просто потому, что он себе это может позволить, — говорит она. — Но он не языковой царь, он вообще не царь всего сущего. Да и кто принимает Шалтая-Болтая всерьез? Он, конечно, знаменит просто как знаменит любой городской сумасшедший.

Любой, кто проводит какое-либо время в бурных водах Твиттера, знает, что многие критики Трампа жаждут продемонстрировать лингвистические и другие ошибки президента. Одним из таких критиков является Бенджамин Дрейер (Benjamin Dreyer), главный выпускающий редактор издательства «Рэндом Хаус» (Random House) и автор бестселлера «Английский Дрейера. Исключительно правильное руководство по чистоте и стилю.

М-р Дрейер говорит, что исправление ошибок президента в режиме реального времени помогло ему канализировать свой гнев, вызываемый политикой Трампа.

— Это дает мне возможность посмеяться над тем, что я в действительности считаю ужасным, — говорит он. — Это все равно что выпустить пар из кастрюли-скороварки.

Помимо вопросов, вызываемых твитами Трампа в отношении стилистики, по мнению м‑ра Соколовски, лексикографа «Мерриэм-Уэбстер», есть и более существенная проблема.

— Во времена «самоочевидных преступлений против истины», когда сами факты берутся из воздуха, — говорит он, — подход президента также привлекает внимание к важности отдельных слов и их значению. Джордж Оруэлл (George Orwell) касался этого вопроса в книге «Политика и английский язык» (Politics and the English Language), а именно — взаимоотношений между мыслительным процессом и его вербальной и письменной манифестацией. «Если мысли могут искажать язык, — писал он, — то язык может искажать мысли».

Мисс Стемпер говорит, что, по ее мнению, даже политический лидер, со взглядами которого она не согласна, должен уважительно относиться к нормам английского языка.

— Трамп нарушает все возможные правила, поэтому мы хотели бы, чтобы он хотя бы имел представление о базовых нормах англоязычной письменной речи, — отмечает она, будучи особенно раздражена привычкой президента называть стену «Стеной», как будто это какая-то разновидность антропоморфичной изгороди или военное сокращение наподобие сокращения Norad.

— Хотя бы он правильно применял в этих случаях пунктуацию, — продолжает она, — и ставил перед этим словом точку, а не запятую.

Некоторые последователи Трампа видят в его твитах закодированные загадки а-ля загадки из кинофильма «Национальное достояние» (National Treasure) или книги «Код да Винчи» (The Da Vinci Code).

М-р Трамп сам пытается представить дело таким образом, что будто бы его твит 2017 года со словом covfefe не был ошибкой, а, напротив, нес в себе некоторое сверхзасекреченное значение.

— Нет, — говорит мисс Стемпер.

— Если вы являетесь Президентом Соединенных Штатов, ваши слова обладают властью, — продолжает она. — Все, что бы вы ни сказали, будет предметом анализа последующих поколений. Будет нехорошо, если о вас будут судить по слову covfefe.

 

Перевод с английского Бориса Аронштейна.